Н.В.Устрялов. Белый Омск -
53 >
удивлялся, почему омские министры проехали Читу и настойчиво советовал ехать
не в Харбин, а во Владивосток. "Мы весьма ценим атамана Семенова как
военачальника, но ему нужны опытные государственные советники". Кроме того,
сказал, что японцы вывезли из Иркутска больше 80 лиц, работавших в
правительстве Колчака. Ясно, что Япония ведет здесь довольно крупную игру.
Ну, а после беседы, когда Вологодский уже возвратился в вагон, ему принесли
от японского генерала подарок: два больших ящика сахара, три бутылки
английской виски и две бутылки маньчжурской водки. Как же при таких условиях
не согласиться на работу с Семеновым?!.
Поезд Чита--Харбин, 26-го января
Проехали знаменитую Даурию1, где, как Соловей-Разбойник, сидит барон
Унгерн и грабит проезжающих -- под именем реквизиции вещей и денег,
запрещенных к провозу за границу1. Проехали вполне благополучно, на
рассвете, никто не беспокоил: еще бы -- ведь японский вагон. Скоро граница.
Трудно писать, трясет (8 ч. 35 м. у.).
Приехали в Маньчжурию. Таможня, граница. Китайцы, японцы, военные,
русские. Купили белого хлеба коврижку фунта в полтора за 45 р. сибирскими.
На станции продаются разные вещи, как-то: куклы, духи, серебряные чайнички и
пр. Бутылка пива -- 75 р. Будем стоять здесь до завтра (10 ч. 40 м. ут.).
Основное очередное препятствие -- дорога из Харбина до Владивостока.
Нынешний вагон идет только до Харбина, ибо министры едут в Харбин, а мне
придется устраиваться сепаратно, что, разумеется, труднее. Посмотрим, как
это все выйдет. Потом -- устраиваться во Владивостоке, искать комнату,
искать занятия. Средне, ну, да ничего, авось... Вся жизнь -- какая-то
сплошная скачка с препятствиями... Как это до сих пор цела на плечах голова?