Н.В.Устрялов. Белый Омск -
31 >
все трое, не любят России и боятся нашего усиления"...1
Милюков, по-видимому, тоже отнюдь не очарован политикой союзников, хотя
непосредственных сведений от него нет. Но Сукин говорит, что "они там в
Лондоне, как видно, потеряли головы: думают, что дело так плохо, что его
спасти могут лишь некоторые новые комбинации"... Какие?..
Интересно бы узнать. "Германская ориентация?" Или... мир с Советами?
Узнаю коней ретивых...
Ну, а мы здесь все твердим союзнические зады и тянем вечную канитель,
вконец разоряя страну... (10 ч. 5 м. в.).
Омск, 14 сентября
Продолжаются бои, перелома еще нет, напряженно. Большевики, как
говорят, дерутся отлично, наши -- тоже. Большие сравнительно потери с обеих
сторон. Мы взяли порядочно пленных. Офицеров и комиссаров расстреливают,
вешают -- c'est l'usage* и ничего не поделаешь... С Деникинского фронта,
кажется лучше...
Внутри -- усиливающееся злое чувство к союзникам за их политику
расчленения России, за их равнодушие, за их невмешательство. В сущности,
они, быть может, по своему и правы -- за чужой щекой зуб не болит, но, с
другой стороны, когда болит зуб, нервы, как известно, сугубо расстроены. И
естественно, ищешь врага...Наши неуспехи сильно затормозили дело. Опять же,
изумительная ловкость большевиков...
Но как бы то ни было, антипатия ко всем союзникам (кроме Японии) растет
в самых различных кругах -- от солдатских до ультра-политических -- и
пропорционально усиливается интерес к Германии.
Большой успех имеет стихотворение поэта Г.Маслова "Парижанину", на днях
напечатанное здесь в двух газетах рядом с телеграммой Бурцева1 о равнодушии
к России французского делегата на мирной конференции г. Тардье. Вот эти
стихи:
От хмеля победы горд,