Иванъ Солоневичъ. Россiя въ концлагерe -
96 >
Характерно, что даже и здeсь, въ водяномъ вопросe,
сказалось
своеобразное "классовое разслоенiе"... Рабочiе
имeли свою посуду,
слeдовательно, у нихъ вчера еще оставался нeкоторый запасъ воды,
они меньше
страдали отъ жажды, да и вообще держались какъ-то организованнeе.
Урки
ругались очень сильно и изысканно, но въ бутылку не лeзли.
Мы,
интеллигенцiя, держались этакимъ "комсоставомъ", который, не считаясь
съ
личными ощущенiями, старается что-то сорганизовать и какъ-то взять
команду
въ свои руки.
Крестьяне, у которыхъ не было посуды, какъ у рабочихъ, не было собачьей
выносливости, какъ у урокъ, не было сознательной выдержки, какъ у
интеллигенцiи, превратились въ окончательно обезумeвшую толпу.
Со стонами,
криками и воплями они лeзли къ узкой щели дверей, забивали ее своими
тeлами
такъ, что ни къ двери подойти, ни воду въ теплушку поднять.
Заднiе
оттаскивали переднихъ или взбирались по ихъ спинамъ вверхъ, къ самой
притолокe двери, и двери оказались плотно, снизу доверху, забитыми
живымъ
клубкомъ орущихъ и брыкающихся человeческихъ тeлъ.
Съ великими мускульными и голосовыми усилiями намъ,
интеллигенцiи и
конвою, удалось очистить проходъ и втащить бакъ на полъ теплушки. Только что
втянули бакъ, какъ какой-то крупный бородатый мужикъ ринулся къ нему сквозь
всe наши загражденiя и всей своей волосатой
физiономiей нырнулъ въ воду;
хорошо еще, что она не была кипяткомъ.
Борисъ схватилъ его за плечи, стараясь оттащить, но мужикъ такъ
крeпко
вцeпился въ края бака руками, что эти попытки грозили перевернуть весь
бакъ