Библиотечка политолога

81 >

"генеральной   линiи",  отъ  дикаго,  кабацкаго  административнаго 
восторга
безчисленныхъ провинцiальныхъ властей?

ВЕЛИКОЕ ПЛЕМЯ "УРОКЪ"

     Насъ, интеллигенцiи,  на весь вагонъ  всего  пять человeкъ: 
насъ трое,
нашъ  горе-романистъ Степушка, попавшiй  въ  одинъ съ  нами грузовикъ, и
еще
какой-то  ленинградскiй  техникъ. Мы всe  приспособились 
вмeстe на  средней
нарe. Надъ нами  --  группа питерскихъ  рабочихъ; ихъ  мнe не
видно.  Другую
половину вагона занимаетъ еще десятка два рабочихъ; они сытeе и лучше
одeты,
чeмъ крестьяне, или  говоря, точнeе, менeе голодны и
менeе оборваны. Всe они
спятъ.
     Плотно  сбитой стаей  сидятъ у  печурки  уголовники. Они  не  то  чтобы
оборваны  -- они  просто полураздeты, но  ихъ  выручаетъ
невeроятная, волчья
выносливость  бывшихъ безпризорниковъ. Всe они  --  результатъ 
жесточайшаго
естественнаго отбора. Всe, кто не могъ  выдержать  поeздокъ  подъ
 вагонными
осями, ночевокъ  въ  кучахъ каменнаго  угля,  пропитанiя  изъ мусорныхъ 
ямъ
(совeтскихъ мусорныхъ  ямъ!)  --  всe  они  погибли.  Остались
только  самые
крeпкiе, по волчьи выносливые, по волчьи {47} ненавидящiе
весь мiръ -- мiръ,
выгнавшiй ихъ дeтьми на большiя дороги голода, на волчью
борьбу за жизнь...
     Тепло отъ печки добирается, наконецъ, и до  меня, и  я начинаю дремать.
Просыпаюсь отъ дикаго крика и вижу:
     Прислонившись  спиной къ стeнкe вагона  блeдный, 
стоитъ нашъ техникъ и
тянетъ  къ  себe какой-то мeшокъ. За другой конецъ мeшка 
уцeпился одинъ изъ

Следующая

81 >